04:34 

Том 1 - Заключительная глава: Финальная сцена Долларов

Demi Ry



Первоначально Доллары были не более чем шуткой.

Идея принадлежала Микадо, а несколько человек, с которыми он познакомился в интернете, сочли её очень хорошей и согласились ему помочь.

Они начали везде распространять информацию о группе, основавшейся в Икебукуро. Позже они зашли ещё дальше, и всякий раз, когда что-либо случалось, они пускали слухи, что это сделали Доллары. Они никогда не утверждали, что сами из Долларов, а всегда говорили, будто слышали это от кого-то ещё. А если кто-нибудь интересовался источником, они просто его игнорировали. Чтобы обмануть людей, они даже сделали поддельный сайт.

Когда слухи начали выходить из-под контроля, Микадо и его друзья решили, что раз уж они это начали, то должны идти до конца, и создали сайт Долларов. Этот сайт требовал пароль для входа. Затем они начали распространять адрес сайта. Если кто-нибудь хотел узнать пароль, они говорили что-то вроде “один мой знакомый из Долларов сказал мне его по секрету” и отправляли ему этот пароль.

Вот так они создали эту организацию. Что касается их цели, она была написана на главной странице: “Всем рады”. Никаких правил или ограничений.

Конечно, много людей сначала утверждало: “В Икебукуро нет такой группы”. Позже нашлись люди, которые начали говорить что-то типа “Кое-кто озадачен, ха!” или “Почему это говорит какой-то мальчишка, который даже в Икебукуро не был?”. Настоящие создатели всё отрицали. Что и говорить, люди начали защищать Долларов.

Сначала, всех их восторгала создавшаяся ситуация, но затем они начали медленно осознавать, что что-то не так.

Действительно, первоначально это была лишь шутка. Они собирались сначала создать волнения, а потом просто их проигнорировать. Они всего лишь хотели немного поиграть, но затем всё это начало двигаться в странном направлении.

Сначала это была просто вымышленная организация, но прежде, чем они это осознали, она начала оказывать кое-какое влияние в реальном мире.

Они понятия не имели, кто это делал. Видимо кто-то вышел из онлайн-мира в реальность, и продолжал распространять это уже в действительности, приглашая разных людей присоединиться к Долларам.

Шутка зашла слишком далеко, и они потеряли над ней контроль. Положение вещей привело к тому, что они уже не могли просто сознаться. Поэтому Микадо и его друзья медленно исчезли из всего этого. Они считали, что самым лучшим выходом будет просто оставить Долларов, позволить им исчезнуть самим по себе.

И всё же, Микадо был единственным, кто отчаянно цеплялся за эту “шутку”.

Сегодня, группа действительно обладала реальной властью. И Микадо чувствовал, что если никто не будет держать всех этих людей в узде, это определённо будет слишком опасно. В глубине души он, конечно, чувствовал некое ложное превосходство от этой власти. Но он продолжал скрывать эти чувства в своём сердце. А когда Микадо, наконец, понял это, он уже стал лидером Долларов.

Прежде, никто не видел главу Долларов. Абсолютно никому и в голову не приходило, что в то время как группа расширялась, он только учился в средней школе.

Сегодня вечером группа, которая была лишь выдумкой, нашла своё воплощение в реальном мире.

- Это на самом деле удивительно, – медленно сказал Изая, наблюдая за достигшей апогея ситуацией.

Селти избила около десятка человек менее чем за три минуты, после чего погналась за сбежавшей в неизвестном направлении Намие.

А собравшаяся толпа, словно очнувшись от гипноза, разбилась на группы и начала расходиться по домам. Как будто их встреча была сном и, проснувшись, толпа полностью исчезла.

Остались лишь несколько припаркованных на обочине автомобилей и люди, составляющие повседневную ночную сцену.

- Только что… там действительно было так много людей? – спросил Кадота у Орихара Изаи, выйдя из припаркованного на обочине дороги фургона.

- О, давно не виделись, Дотатин. А, в этих двадцати трёх районах Токио живёт поразительное количество людей, и чувствуется поразительная нехватка земли. Это место одно из самых густонаселённых в мире. Люди могут появляться везде, где захотят, и неудивительно, что исчезают они тоже куда угодно.

Когда эти двое замолчали, Селти уже вернулась обратно к дороге.

- И, Изая… что это было? Я видел и раньше, но… это ведь не человек, да?

- Ты сам это сейчас видел, так? Она монстр, не забудь разговаривать с ней уважительно.

В шутливом тоне сказав это Кадоте, Изая направился к Селти.

- Похоже, ты их потеряла.

Даже притом, что он только что видел её в бою, он продолжал разговаривать с ней как обычно.

Побег Намие немного её смутил, и Селти опустошённо прислонилась к своему мотоциклу.

- Может, ты, наконец, решила сдаться?

Изая как всегда расслабленно разговаривал с Селти, у которой ничего не прикрывало поперечное сечение шеи.

«Презренный. Этот ублюдок всё время знал, что у меня нет головы».

Даже перед истинной формой Селти, Изая сохранял полное спокойствие. Напротив, волнение Юмасаки и остальных ещё не совсем утихло, и они всё ещё кричали что-то вроде “Ия-я, а? Как странно! Это реально? Я это действительно вижу? Только не говорите мне, что это… голограмма?”. Стоящая поодаль пара с восторгом за ними наблюдала.

Селти почувствовала раздражение от того, что люди так на неё пялились, поэтому она подняла свой упавший шлем.

- Эй! Знаешь, призраков боятся, потому что они сначала летают невидимые вокруг, а потом внезапно выпрыгивают, чтобы напугать людей. Но ты так роскошно выступила… Думаю, скорей всего, люди, находящиеся здесь, больше не будут тебя бояться.

Подразнив Селти, он сразу перешёл к тому, что посчитал странным:

- Кстати, в конце концов, ты не убила ни одного человека, да? Что-то не так с твоей косой? Слишком тупая?

Селти полностью проигнорировала вопрос Изаи, и только спокойно смахнула пыль со своего шлема.

Коса, которую она сегодня использовала, отличалась от обычной, так как она добавила ножны с обеих сторон лезвия. Даже не совсем ножны, она только заставила обе стороны лезвия принять форму обратной стороны ножа.

«Я всё ещё хочу продолжать жить в этом месте, поэтому нельзя позволять моей репутации падать слишком низко».

Она никому и никогда не рассказала бы эту ребяческую причину. Поэтому она просто застенчиво пожала плечами и поместила свой шлем туда, где должна была быть голова.


♂♀


Перед уходом Изая подошёл к Микадо:

- Честно говоря, я в шоке! – сказал он с полным радости лицом, по которому не текла ни единая капля пота. Кстати, где он находился во время встречи? В этом вопросе Микадо был полностью невежественен.

Не обращая внимания на его сомнения, Изая начал откровенно хвалить Микадо:

- Я знал, что много людей в Интернете называют себя Долларами, но никогда не думал, что состоится их реальная встреча… нет, сборище. Предложение поступило в последнюю минуту, и всё же столько народа на ней появилось. Ах, люди действительно превзошли все мои ожидания.

Сказав это, он слегка покачал головой.

- Но, Микадо-кун… Ты приехал сюда только потому, что мечтал о возможности избежать обычной повседневной жизни, так ведь? Но пройдёт год или больше, и жизнь в Токио станет такой же привычной для тебя. Если хочешь и дальше преследовать необыкновенную жизнь, то я предлагаю искать в другом месте. Может быть, ты мог бы заниматься такими вещами, как наркотики или проституция, и погрязнуть в преступном мире.

Только когда Изая это упомянул, Микадо кое-что осознал. Что он должен делать? Повториться ли то волнение, которое он только что испытал, если он действительно станет главой Долларов? Если прошлая жизнь его не удовлетворяла, сможет ли он продлить свой новый образ жизни на всю оставшуюся жизнь?

- Для членов преступного мира такие вещи совершенно нормальны. Как только ты туда вступишь, это в течение трёх дней станет “нормальным” и для тебя. Такой как ты действительно способен мириться с подобной ситуацией?

То, куда клонит Изая, Микадо сильно не нравилось. Но этот человек – почему он обсуждает это с ним? Микадо подозревал, что Изая, вероятно, что-то задумал, но так как юноша понятия не имел, что именно, то и сказать пока ничего не мог.

- Если действительно хочешь распрощаться с нормальной жизнью – у тебя нет другого выбора, кроме как продолжать развиваться. Без разницы, захочешь ли ты подняться выше, или глубже упасть. Это одно и то же.

Наконец, он похлопал Микадо по плечу:

- Наслаждайся своей нормальной жизнью, пока можешь. Из уважения, я ничего не возьму за номер Ягири Намие, и никому не продам информацию о том, что ты - создатель Долларов. Это твоя банда, используй её как хочешь.

Сказав это, Изая молча направился к Селти.

Микадо по-прежнему чувствовал себя довольно неловко, но всё равно поклонился в спину удаляющемуся Изае.

Тогда, Изая вдруг, словно что-то вспомнив, остановился как вкопанный, повернул голову и сказал:

- Вообще-то, всё это время я наблюдал за тобой в сети… Ах… Я хотел узнать, что за человек создал эту удивительную группу под названием Доллары. Ну ладно, удачи, Танака Таро-кун!

- ?!

Как он узнал? Этот ник Микадо использовал в городском чате. Кстати говоря, он назвал Кадоту “Дотатин”.

Тогда он подумал о том, что сказал сейчас Изая. Всё это время он знал, что Микадо является создателем Долларов, и наблюдал за ним в сети.

Затем Микадо вспомнил одного человека. Того, который и пригласил его в этот чат. Человека, который много знал об Икебукуро и о Долларах.

«Нет… Не может… Не может быть…»


♂♀


После всей этой заварухи, на 60-этажную улицу прибыли полицейские, патрулировавшие район. На это время - пока они не уехали, Микадо, одетый в школьный пиджак, и Селти спрятались в тенях тёмного переулка. Если бы офицеры увидели человека в школьной форме в такое время, без внимания они бы его точно не оставили.

Люди на улицах, не имевшие никакого отношения к Долларам, а также зазывалы и прочие, должны были стать свидетелями произошедших здесь недавно нарушений. Но ни один из них ни о чём не сообщил полиции. Старая поговорка гласит: “Не буди лихо, пока оно тихо”. Кроме того, никто не хотел иметь ничего общего с таким необычным происшествием; и были даже такие люди, которые думали, что им это почудилось.

Но даже после того, как полиция уехала, сердце молодого человека почему-то оставалось неспокойным.

Такое чувство, будто он о чём-то забыл. Пока Микадо об этом думал, Селти, снова надевшая свой шлем, направилась к фургону, в котором находилась её “голова”.

У Селти больше не было никаких чувств к “голове”, а к фургону она шла только ради того, чтобы окончательно с ней распрощаться. И тогда…

Удар.

Она только что открыла дверь фургона, когда почувствовала непонятное воздействие на собственную спину. И ещё раз то же самое немного выше.

«Странно. Разве вчера с Шизуо не произошло нечто подобное?..»

Это воздействие немедленно превратилось в боль, которая заставила Селти тут же осесть на колени.

Повернувшись, она увидела стоявшего за ней высокого юношу в школьном пиджаке.

Он держал в руке большой скальпель, вероятно взятый из научно-исследовательского центра.

После непродолжительной паузы, раны Селти начали заживать и боль постепенно утихала. Увидев это, юноша сказал:

- Думаю, обычное ножевое ранение тебя не убьёт…

Убедившись, что на лезвии ножа не было пятен крови, Ягири Сейджи спокойно шагнул в фургон.

«Эй-эй-эй!»

Селти понятия не имела, как реагировать на этого нежданного гостя, и уже почти забыла, что её дважды ударили ножом в спину. Вспомнив рассказ Микадо, она предположила, что он - тот парень, по имени Ягири Сейджи, который преследовал её голову. Он же – младший брат только что сбежавшей женщины. Как и тогда, когда он столкнулся с Шизуо, способ, которым он наносил удары, выглядел слишком простым, и поэтому его действия было трудно заметить. Вот какой он парень.

Затем, Ягири Сейджи просто залез в фургон и забрал оттуда главную героиню.

- Э?..

Наблюдавший издалека Микадо не мог точно разглядеть, что там произошло, но его челюсть отвисла.

Он увидел, как подросток в школьном пиджаке залез в фургон, и, немного погодя, вывел оттуда девушку со шрамом на шее.

Сейджи взял её за руку и восторженно улыбнулся. Сохраняя свой, как обычно твёрдый, взгляд, он направился прочь от фургона.

Наблюдавшие за ним Карисава и Селти не сделали ничего, чтобы его остановить. Возможно, они просто не могли это сделать. Потому что действия Сейджи были такими невинными, и одновременно переполненными достоинством.

Увидев его, Карисава сначала подумала, что он друг Микадо. Он носил такую же школьную форму, и в его глазах не было и следа таких чувств, как вина или опасение.

В фургоне он пристально, предельно честным взглядом посмотрел на девушку и протянул руку:

- Я здесь, чтобы забрать тебя. Вот, пойдём.

Услышав только эти слова, возможно, Селти с Карисавой ещё могли бы его остановить. Но в следующую секунду, события приняли совершенно неожиданный оборот.

- … Хорошо.

Они и подумать не могли, что девушка тут же примет его предложение и безо всяких колебаний ухватиться за протянутую руку.

Как будто именно такой ответ он и ожидал, Сейджи энергично кивнул и помог ей выбраться из фургона.

Всё это выглядело так, словно здесь встретились две судьбы, и ночная улица стала путём, на котором они воссоединились…

- Э? Что?

Увидев такой неестественный сценарий, Микадо ощутил некое замешательство, но всё же продолжал пристально наблюдать.

Когда Кадота и Юмасаки заметили форму Сейджи, они тоже предположили, что парень с Микадо, и поэтому продолжали небрежно наблюдать, не обращая на него особого внимания. Изая, казалось, почувствовал что-то не ладное. Но, как бы то ни было, останавливать юношу он не собирался, продолжая со счастливой улыбкой наблюдать за развитием событий.

Немного спустя, когда Сейджи вместе с девушкой уже собирался покинуть улицу, он заметил Микадо и сам к нему подошёл.

- Эй.

Приветствие Сейджи было совершенно обычным, и всё же оно казалось таким чуждым. Микадо ничего не смог на это ответить.

Не обращая внимания на его реакцию, Сейджи продолжал говорить:

- Наверно, я должен поблагодарить тебя и сестру. Без сестры, я бы не знал, где она; а если бы не ты, сестра, скорей всего, продолжала бы держать её взаперти в той тесной лаборатории.

Скупо его поблагодарив, Сейджи уже собирался было пройти мимо Микадо, когда тот поспешно выбросил руку в попытке их остановить. Он сумел взглянуть девушке в лицо, после чего она растерянно посмотрела в сторону. Такая реакция означала, что она чего-то боится.

Тогда Микадо, взглянув на Сейджи, задал самый главный вопрос:

- Надеюсь, ты сможешь мне ответить… это то, чем я только что пытался запугать твою сестру…

- Имеешь в виду, убил ли я кого-то? Да, это правда.

Услышав его слова, от одного взгляда на этого человека Микадо почувствовал, как по его телу пробежался лёгкий озноб.

Сохраняя своё обычное выражение лица, Сейджи поднял скальпель над преградившим ему путь Микадо.

- Так что уйди с дороги. Поскольку речь зашла об убитой мною той девчонке-сталкере, мы должны убежать прежде, чем прибудет полиция.

Глаза Сейджи отнюдь не горели безумием, и в них не было ни капли жестокости.

- Пусть ты и говоришь…

- Да что ты знаешь? Я с ранних лет за ней наблюдал. С самого начала, когда она была в ловушке в этой стеклянной банке, я всегда хотел её освободить. Я хотел видеть её свободной в этом огромном мире, хотел жить вместе с ней. Я всегда, всегда, всегда, всегда, всегда, всегда, всегда, всегда думал только об этом.

Его глаза как обычно сохраняли спокойствие, хотя они, можно сказать, были наполнены своего рода убеждением. Или это была реальность, которую он выбрал. Но остальные видели в них лишь нечто непонятное и пугающее.

- Ты что делаешь?

Что-то не так. Изая, Кадота, Юмасаки и остальные постепенно окружили школьников.

Увидев группу агрессивно настроенных людей, Сейджи мягко покачал головой:

- Вы, ребята, так раздражаете. Никто не может остановить силу любви.

Даже оказавшись в такой ситуации, он всё ещё разговаривал с абсолютно каменным лицом. Сейджи поудобней перехватил поднятый в руке скальпель и, обратившись к Микадо, твёрдо сказал:

- Кстати, ты не чувствуешь собственную никчёмность? Тогда или же сейчас, возле тебя всегда есть кучка дружков, рвущихся тебе на помощь… Никогда не сделав ничего самолично, ты похож на самую мелкую шестёрку. Ты, наверно, никогда раньше ни в кого не влюблялся, так ведь?

- Тот, кто не знает, как трудно собирать людей, не дотягивает даже до уровня шестёрки.

Услышав насмешку Микадо, Сейджи только болезненно улыбнулся и замахнулся скальпелем, целясь прямо в него.

И в этот момент, сзади в тело Сейджи яростно врезалась чёрная тень.

«!»

Нападение совершила Селти, до этого ждущая своего часа. Ручкой косы она поразила левую руку Сейджи, пытаясь заставить его отпустить скальпель. Но, несмотря на такой жёсткий удар, скальпеля он не выронил. Более того, он по-прежнему намеревался напасть на Микадо.

- Эта жалкая атака не сможет разрушить мою любовь!

Выпалив эти явно неуместные в данной ситуации слова, он подумал о том, как бы ему передвигаться среди них вместе с девушкой.

Словно желая запугать всех своих противников, Сейджи сильнее сжал в руке нож и сделал резкий выпад вперёд и вбок. Увидев это, Селти запаниковала и набросилась второй раз, но…

- Это не сработает!

- Эй, что это за парень?..

Кадота недоверчиво смотрел на Сейджи, но глаза юноши сохраняли свою устойчивость, и даже боль не заставила его дрогнуть.

- Ничего не выйдет! Это больно, но я могу игнорировать эту боль. Селти и я… нам не нужны ни боль, ни печали в нашей жизни. Именно поэтому я не думаю, что боль, которую я сейчас чувствую, вообще можно назвать болью!

- О чём ты говоришь?

Услышав крик Микадо, Селти подняла косу, решив разорвать сухожилия на запястье соперника.

«Что случилось с этим парнем? Я должна быстрее его остановить, или это будет опасно… так это и есть его так называемое проявление любви? Что случилось с его ценностями? Или людские ценности отличаются от моих? Я не понимаю, не понимаю, не понимаю, не понимаю…»

Словно пытаясь рассеять собственные страхи, Селти немного подняла свою косу. И безо всякого предупреждения, обе стороны косы стали невероятно острыми, как будто их тщательно наточили. Увидев это, Микадо и все остальные сделали большой шаг назад.

В то мгновение, когда Селти уже сбиралась опустить косу на запястье Сейджи…

- Подожди-и-и-и-и-а-а-а-а-а-а-а-а!

Резкий крик заставил всех вокруг замереть.

Всех, кроме двоих – Сейджи и “её”.

Прежде, чем девушка со шрамом смогла закрыть собой Сейджи, тот уже предугадал её движение, и вместо этого рванулся вперёд, чтобы её защитить. Коса остановилась прямо перед телом Сейджи, в итоге никого не поранив.

После чего все повернулись и посмотрели в сторону девушки. Любопытство и удивление отразилось на их лицах.

Когда Селти подняла косу и направила её на Сейджи, той, кто рискнула своей жизнью ради его защиты, была девушка, которая выглядела как её “голова”, и которая называла себя Селти. То, как она кричала, пытаясь спасти Сейджи, абсолютно отличалось от её послушного поведения до этого.

- Пожалуйста, остановись! Сейджи-сан, Сейджи-сан просто немного строгий, немного жестокий, и он отличается от других людей, но он спас меня! Он меня спас, меня и Анри, и, кроме того… у него есть кто-то, кого он любит. Так что… так что… ты не можешь… убить… его…

Её голос медленно задрожал, по лицу потекли слёзы, и она упала в объятия Сейджи.

«Неужели… может ли быть, может ли…»

Теперь, Даллахан поняла.

«Всё не так. Это не моя “голова”».

Практически в это же время, Микадо понял, кто она на самом деле.

«Эта девушка вовсе не голова Даллахан. Это…»

- Харима… Мика?..

В ответ на вопрос Микадо, сказанный скорей для себя, она отвела взгляд и начала неудержимо дрожать.

- Я прав? Ты та девушка, которую, как мы думали, убил Ягири-кун – Харима Мика, верно?

- Невозможно.

Это последнее слово вылетело изо рта Ягири Сейджи. Когда он услышал её голос и имя, много воспоминаний пришло ему на ум. Эта девочка-сталкер была так на неё похожа. Человек… чью голову он разбил о стену, предположительно убив.

- Эй, он лжёт, да?

- … Прости! Прости! Мне так… жаль… Вообще-то… я действительно не умерла! Я была ещё жива… а потом сестра Сейджи-сан спросила меня… хочу ли я, чтобы Сейджи-сан полюбил меня!.. Я… хоть Сейджи-сан меня чуть не убил, мне всё равно до сих пор очень нравится Сейджи-сан!.. Потом… потом они позвали доктора… и он сказал, что с помощью пластической хирургии и макияжа… я смогу выглядеть так же, как та голова… голова, которую любит Сейджи-сан!

Тело Селти внезапно затряслось.

- А… потом, доктор сказал: “Тебя будут звать Селти, это имя головы”… так что я хотела стать Селти ради Сейджи-сана… но, Намие-сан сказала, что этого недостаточно… она сказала, что мне… что я должна буду перенести операцию по удалению моих эмоций и воспоминаний!.. Но я… я не хотела забывать мои чувства к Сейджи-сан… я так хотела ему сказать, как сильно его люблю! Поэтому я… я сбежала из лаборатории!

Сестра Сейджи, очевидно, хотела использовать живого человека, выдав его за “голову”, чтобы разлучить своего брата с настоящей “головой”. Всё это могло дать Сейджи возможность быть нормальным человеком, но, к сожалению, даже сама Намие, ослеплённая собственной жгучей ревностью, этого не понимала.

Многочисленные осколки в сердце Селти начали соединяться воедино, образуя цельную картину. Всего несколько человек знали имя Селти, и только один из них знал, что она была Даллахан – Кишитани Шинра. Человек, с которым Селти жила - “подпольный доктор”, посвящённый в её тайну.

Селти начала думать о том, как всё начиналось, и внезапно вспомнила, что когда она хотела исследовать фармацевтические и университетские исследовательские учреждения в поисках своей головы, Шинра сам вызвался ей с этим помочь: “Я знаю кое-каких людей в Фармацевтике Ягири, так что могу для тебя поискать там. Будет не очень-то умно с твоей стороны остаться в долгу перед Орихара Изаей, когда ты можешь использовать меня в такого рода вещах”.

Позже, проведя собственное расследование, он сообщил, что ничего сомнительного не нашёл. Но, возможно, он с самого начала знал, что “голова” была у компании Ягири. Скрыв от неё этот факт, он даже предложил свою помощь…

Сжав кулаки, Селти просто поклонилась Микадо и прыгнула на свой мотоцикл, даже не взглянув на Мику и Сейджи.

Затем, под покровом ночи, двигатель мотоцикла издал оглушительный рёв, словно объявляя о завершении спектакля.

Это был самый страстный призыв, прозвучавший в ту ночь.

- Ты… лжёшь. Как это возможно… Тогда я… я…

Намереваясь окончательно раздавить ошеломлённого Сейджи, к нему подошёл плохой парень:

- В конце концов, ты даже не смог понять, какая из них настоящая. Сказать по правде, твоя любовь к этой “голове” ничего не стоит. Болван.

Слова Изаи окончательно сломили Сейджи, и он упал на колени.

- Сейджи-сан!

Человеком, тут же бросившимся к нему, была девушка со шрамом на шее, его одноклассница – Харима Мика.

Микадо казалось, что происходящее смахивает на неплохую комедию, вот только смеяться над этим он точно не мог.

Немного подумав, Микадо подошёл к ним и робко заговорил:

- Эм… пусть ты и не знал, что она подделка, это не отменяет того, что ты рисковал своей жизнью ради её защиты. Думаю, это действительно здорово.

Слегка успокоив Сейджи, Микадо продолжил:

- Впервые услышав о проделках Харимы-сан, думаю, я что-то неправильно понял. У неё есть кое-какие проблемы с индивидуальностью, но она определённо не сталкер.

Следующие слова были сказаны таким тоном, словно он разговаривал сам с собой:

- Э… хотя она до сих пор тебя преследовала. И, подобно сталкерам, показывала своё собственничество. Но она охотно рискнула своей жизнью ради Ягири-куна. Не думаю, что она сделала бы такое из-за простого эгоистичного чувства собственничества. А с другой стороны, это замечательно, что она всё ещё может любить человека, который её чуть не убил…

На этой ноте Микадо покинул улицу, бросив напоследок одну фразу:

- Думаю, Харима-сан… очень похожа на Ягири-кун.


♂♀


Квартира около шоссе Кавагое. Поздняя ночь.

Отперев замок, Селти ударом ноги распахнула дверь в квартиру Шинры.

- О, ты вернулась.

Сам Шинра, который что-то печатал на компьютере в гостиной, приветствовал её своей обычной улыбкой.

Селти и не собиралась снимать сапоги, сделанные из “теней”, а сразу же подлетела к одетому в белое молодому человеку. Затем, безо всяких объяснений, она схватила его за воротник.

Селти не хотела сейчас что-либо печатать, и думала, что просто избив его, от своего гнева она не избавится. Пока она размышляла о том, что с ним сделать…

- Ты, наверное, хочешь сказать: “Что, чёрт возьми, ты делаешь?”, так ведь?

В самом спокойнейшем тоне, Шинра сказал именно то, о чём думала Селти.

- А потом ты бы сказала: “Ты всё это время знал, да? Ты, наверное, все эти двадцать лет знал, что моя голова находится в том научно-экспериментальном центре? Ты и твой отец с самого начала сговорились с фармацевтической компанией Ягири! И теперь, когда я об этом задумалась, вы оба были странно спокойны, встретив меня впервые! Возможно даже, что это твой отец украл у меня голову?! Ты всё это знал и скрывал от меня, начал работать подпольным доктором, сделал операцию той умирающей девушке! Может, я и монстр, но настоящим чудовищем, пожирающим людские жизни безо всяких сомнений, являешься ты”… как-то так, верно?

- !..

- Верно, позволь мне объяснить, чтобы ты поняла… Я не знаю, мой ли отец украл у тебя голову, и эта информация мне не интересна. А девушка сама хотела ту незначительную хирургическую операцию. Да, возможно, люди из Фармацевтики Ягири уговорили её принять такое решение, но меня это не особо волнует.

Выслушав его, Селти ослабила захват на воротнике Шинры.

Её кулаки задрожали, и время будто остановилось.

«Если бы я могла говорить, я бы, наверно, сказала именно это».

Глядя на задумавшуюся Селти, Шинра слегка по-мазахистски улыбнулся и сказал:

- Хочешь спросить: “Как ты узнал о том, что я хотела сказать?”, так? Не очень-то хорошо об этом спрашивать.

Уверенный, что угадал мысли Селти, Шинра не стал ждать ответа и продолжил:

- Да, я знаю. В конце концов, я любил тебя двадцать лет, поэтому, конечно, я знаю.

- …

- Если говорить о том, как я это узнал… ну, я бы сказал, что люди, оценивая чувства других, слишком полагаются на мимику. Более тонкие вещи, такие как звук шагов или изменения в мышечном напряжении, тоже могут рассказывать о чувствах. Особенно мне, ведь я так долго за тобой наблюдал…

«Зачем ты мне всё это говоришь? Даже если и так, почему ты никогда не говорил мне, где моя голова?»

Словно прочитав её мысли, Шинра ответил:

- Потому что я люблю тебя. Именно поэтому я и не говорил, где была твоя голова.

- ?..

- Потому что как только ты найдёшь голову, ты исчезнешь из моей жизни. Я не смогу это принять.

Это был эгоизм, но всё же его слова сияли чистотой.

- Я не скажу чего-то вроде: “Я отпущу тебя, если ты будешь счастлива”. Я буду бороться до конца ради нашей любви. Я и раньше тебе это говорил, так ведь? Я сделаю всё возможное, чтобы добиться победы в игре с судьбой, которая нас объединяет. Именно поэтому я использовал ту бедную девочку. Её зовут Мика-тян, да? Я использовал её, чтобы заставить тебя отказаться от своей головы. Я никогда не позволю тебе покинуть меня. И меня не волнует, если для достижения своей цели мне придётся воспользоваться чувствами или смертью других людей, даже собственными. Это может показаться противоречивым, но твои чувства я тоже использую.

Сначала эти слова показались довольно грубыми и неприятными, но в его глазах не было и намёка на неискренность или вину.

Выслушав всё это, Селти почувствовала себя слегка обескураженной. Первоначально, она думала, что Шинра начнёт разыгрывать из себя идиота и мямлить слабые оправдания. Тогда она бы избила его так, чтобы надолго запомнил; убежала бы из квартиры и никогда больше к нему не вернулась. Но он объяснил всё так чётко и понятно, что Селти не могла подобрать слов.

Предварительно подведя Шинру к компьютеру, она яростно застучала по клавиатуре, словно перенося на неё весь свой гнев.

[Даже если я верну голову, я тебя не покину.]

- Это твоё мнение, но голова может с этим не согласиться, – серьёзно ответил Шинра, и в его тоне не было ни намёка на свою обычную дразнящую манеру.

- Я всегда задавался вопросом, почему в этом огромном мире только ты появилась перед людьми? Чем ты отличаешься от других Даллахан? И я подумал, что, скорей всего, это из-за головы. Именно потому, что у тебя нет головы, ты способна материализоваться и существовать в этом мире. Вот что я думаю.

Словно читая написанный собственноручно трагический роман, Шинра закончил свою повесть с меланхоличным выражением на лице:

- Если это правда… когда ты найдёшь голову и вернёшь воспоминания… что если ты просто исчезнешь, как туман в утреннем солнце, как будто всё это было лишь мечтой? Вот чего я боюсь.

Селти тихо подошла к ближайшему стулу и села. Мгновение она сидела неподвижно.

В следующее миг раздался стук клавиатуры.

[Поверишь ли ты в то, что я собираюсь сказать?]

- Я верю тебе. Или, точнее, ты единственная, кому я верю.

После его ответа, Селти начала печатать слова, не дающие покоя её сердцу:

[Я… тоже боюсь.]

[Я боюсь… боюсь умереть.]

[Я знаю, что меня не победить. Знаю, что сейчас никто не сможет меня убить. Я не хвастаюсь, это факт, который я должна принять. И этот факт не доставляет мне ни счастья, ни удовольствия. Но… нет, именно потому, что я непобедима, я боюсь. Моё тело не содержит ядро, которое является моей “смертью”. Поэтому есть только одна возможность, а именно – этим ядром является моя голова. Если кто-то в любое время и в любом месте, без моего ведома уничтожит голову… то, независимо от того, о чём я сейчас думаю или в какой ситуации нахожусь, я…]

Селти не смогла закончить последнее предложение, и, в конце концов, её пальцы начали выводить новые строки:

[Ты мне поверишь? Даже без глаз и мозга я могу видеть сны. Ты веришь, что ночные кошмары заставляют меня дрожать в страхе? Я боюсь, и поэтому хочу сама управлять своей смертью, и из-за этого я продолжу искать мою голову. Ты веришь мне?]

Глаза Шинры не пропустили ни слова из этого монолога, который Даллахан вела на экране.

Он подождал, пока её пальцы полностью не остановились, после чего незамедлительно ответил:

- Я только что это говорил: ты единственный человек, которому я верю.

Сказав это, Шинра бодро улыбнулся, и с видом, будто сейчас заплачет, рассмеялся:

- Это всё так удивительно. Фактически мы… были так заняты нашими собственными предположениями.

[Мы идиоты, да?]

Даллахан медленно встала и одной рукой напечатала несколько коротких предложений:

[Эй, Шинра.]

- Что?

[Позволь мне тебя ударить.]

- Ладно.

Шинра ответил без единого колебания. Селти тоже не колебалась, и её кулак врезался прямо ему в лицо.

Громкий треск, и молодой человек в белом халате тяжело рухнул на пол.

Шинра лежал на полу, из уголка его рта сочилась кровь. Через некоторое время он вдруг резко встал, и, повернувшись к Селти, сказал:

- А теперь, позволь и ты мне тоже тебя ударить.

Он никогда раньше такого не просил, но всё же Селти согласилась.

Убедившись, что перед ним пустой шлем…

Шинра сбил его лёгким ударом.

Шлем с глухим стуком упал и покатился по полу.

«?»

Селти не могла понять смысл этого жеста и погрузилась в молчание. А что касается подпольного доктора, он потёр ноющую руку и улыбнулся:

- Видишь, Селти красивее всех, когда честна сама с собой.

Глядя на место, на котором точно чего-то не хватало, Шинра продолжил:

- Давай считать этот удар нашим свадебным поцелуем.

Услышав… это, Селти резко ударила его в живот.

- Оогх!

Затем она прижалась к телу Шинры.

В это время её левая рука напечатала на клавиатуре:

[Ты действительно идиот.]

Момент не нуждался в словах. Шинра осторожно обнял Селти.

Почувствовав, что её тело периодически содрогается, Шинра понял, что она плачет.




♂♀


Синдзюки. Раннее утро.

Всё, что она делала, было ради её брата.

Но, если уж быть точным, ничего из всего этого не принесло Сейджи никакой пользы. По правде сказать, она делала это ради собственного счастья и желания увидеть улыбку своего брата. Но сама она об этом и не догадывалась.

После той шумихи Ягири Намие забрала “голову” и покинула научно-исследовательский центр. Вскоре после её ухода, как она и ожидала, её ушей достигла новость о том, что Чёрная Мотоциклистка – тело Даллахан, совершила набег на лабораторию. Но голова уже была в её руках. Если бы она позволила даллахан получить назад свою голову, её брат мог впасть в глубокую депрессию, или даже принять то “тело” за свою вторую половинку.

В любом случае, ничего из этого Намие не хотела.

Она должна постоянно контролировать “голову”. Она хотела, чтобы её брат смотрел только на неё. Это было её единственным желанием.

И когда Намие позвонила своему дяде, чтобы попросить о помощи, она услышала невероятную новость.

Её дядя рассказал, что этой ночью состоялось экстренное совещание совета директоров компании, в ходе которого было подтверждено присоединение к Небуле. Возможно, Небула внимательно наблюдала не только за ночными волнениями, но и за всеми спорами, в которых фигурировал научно-исследовательский центр. Не совсем ясно, кто это предложил, но в любом случае, обе стороны пришли к соглашению о слиянии, прежде чем возникли более серьёзные проблемы.

Естественно, Небула кое-что попросила, и это кое-что – голова Даллахан.

Намие закончила разговор так, что телефон хрустнул, и развернула машину.

Но возвращаться в офис она не собиралась, ей нужно найти организацию, которая помогла бы спрятать “голову”.

Если она обратится за помощью к преступному миру, скорей всего, у неё ничего не получится, так как “голова” не принесёт им никакой пользы. А если она пойдёт в другой научно-исследовательский центр, вероятно, там ей любезно помогут из-за данных, которые она с собой принесёт. Но тогда ей придётся смириться с фактом, что голова больше не будет в её руках.

Она исчерпала все варианты. Наконец, Намие решилась искать убежища у одного человека…

- Мы впервые встретились лицом к лицу, да? Тот список нелегальных иммигрантов пригодился?

Так, сбежавшая Намие, прихватив с собой голову, пришла в дом Орихара Изаи.

- Ты столько глупостей наделала. Отказалась от всего ради извращённой любви твоего брата. Или, я должен сказать, ради твоей извращённой любви к брату?

Изая негромко её высмеивал, перемещая фишки по игровому полю Реверси*. Хоть его внимание и слова предназначались сидевшей перед ним Намие, его взгляд не отрывался от игровой доски.

*Ре́верси (другое название — оте́лло) — настольная игра для двух человек на доске 8 на 8 клеток.



- Твоё начальство не могло просто сидеть, сложа руки, так ведь? Небула – крупномасштабная международная компания. Нет, это мега-корпорация с огромным влиянием даже в Америке.

Он поставил ещё одну фишку реверси, и теперь две чёрные фишки стояли по обе стороны от шахматной пешки.

- Хорошо, пешка продвигается.

Сказав это, он тут же пододвинул пешку и, как ни в чём ни бывало, взял короля. Посторонний наблюдатель, вероятно, не понял бы, что он делает. Но для него, по-видимому, во всём этом имелся смысл.

- Итак, сейчас ты находишься в очень тяжёлом положении. Возможно, мафия попытается тебя выследить, или ты можешь получить пулю меж глаз от какого-нибудь снайпера, нанятого швейцарским банком. Так: “Бах”, шах и мат.

Король в руке Изаи передвинулся вперёд и захватил короля с противоположной стороны.

- Интересно, что бы было, если б существовало правило, по которому короли сражались бы один на один.

Тогда Изая, наконец, посмотрел на Намие. Та тоже быстро и нетерпеливо на него взглянула. У неё не было намерения отвечать на его бессмысленные заявления.

Изая открыл специализированный портфель, стоящий рядом с игровой доской, и уставился на лежащую внутри голову.

Затем он завёл с Намие странный разговор:

- Думаю, я похож на твоего дядю. Он меньше всех верит в загробный мир, больше всех боится умереть, и очень хочет попасть в рай.

Слушая рассуждения Изаи, Намие представила лицо дяди. Как только она захотела поразмышлять о его образе мыслей, она с изумлением поняла, что, кроме брата, совершенно не интересовалась другими членами семьи. Хоть она всячески пыталась вспомнить личность своего дяди, у неё это не получалось.

- Но теперь я уверен. Определённо, загробный мир существует. Давай просто с этим согласимся.

Он пристально смотрел на красивое лицо Селти. Играя пальцами с её волосами, Изая лукаво сказал:

- Говорят, по преданиям, среди Даллахан были одни женщины. Знаешь почему?

- … Нет, не знаю. Некоторые мои люди изучали эти легенды, но я всегда считала, что это лишь пустая трата времени.

- Та рационалист. Ладно, это неважно… Существует множество мифов и легенд, у которых есть много общего друг с другом, а иногда они даже связаны между собой. В скандинавской мифологии существуют небеса, называемые Вальхалла… на самом деле, это не совсем небеса. Так или иначе, просто есть такое место. Подобное понятие существует и в кельтской мифологии, где души умерших покоились в месте, называемом Иной Мир. Вернёмся к скандинавскому фольклору, который верит в существование женщин-ангелов в доспехах, называемых валькириями, которые ищут души храбрых воинов и направляют их в Вальхаллу. Женщины в доспехах, ищущие мёртвых, разве ты не слышала такого раньше?

«И что?»

Намие понятия не имела, о чём пытался сказать Изая. Она только видела, как улыбка медленно наползала на его лицо, всё шире и шире, становясь всё более и более похотливой.

- Это объясняет, что валькирии, блуждающие в человеческом мире, на самом деле являются Даллахан. Именно поэтому Даллахан – женщины, большинство из которых, как сообщается, носили броню. Если это действительно так, то “голова”, вероятно, ждёт. Ждёт войны, чтобы препроводить святых воинов в Вальхаллу.

Даже притом, что всё это были лишь его предположения, Изая продолжал говорить так, словно констатировал общеизвестные факты:

- Причиной, почему голова жива, но всё ещё в глубоком сне, является то, что здесь не поле битвы. Если это возможно, я хотел бы стать избранным воином. Но если я возьму голову в зону боевых действий на Ближнем Востоке, то я не смогу выжить на поле боя.

Затем его голос внезапно изменился, стал более молодым и нетерпеливым. А его улыбка утратила всякую связь с человечностью.

- Если действительно возможно после смерти попасть в место, под названием Вальхалла, что я должен сделать, чтобы там оказаться? Кроме начала войны… единственный путь – пойти туда, где она уже началась. Но если я уеду на Ближний Восток, то ничего там сделать не смогу. Вот почему мне придётся развязать войну, которой я смогу управлять, и в которой только я смогу победить, не правда ли?

Закончив, Изая придавил пальцем один из углов игровой доски и с силой её крутанул, словно хотел передать собственное счастье. Фишки и шахматные фигуры разлетелись в разные стороны, осталась лишь передвинутая в центр игрового поля пешка.

- Если… прямо здесь, в Токио… начнётся “война”, не имеющая никакого отношения к армии или правительству… уверен, я смогу дожить до конца. Боже, мне так повезло! Я не верил в небеса, и выбрал жизнь, в которой никогда не смог бы туда попасть… и такому, как я, повезло повстречать падшего ангела!

Улыбка Изаи теперь выражала чистую радость. Его смех и счастье не оставляли места для кого-то ещё. Поэтому Намие, первоначально намеревавшаяся что-то возразить, смогла выдавить только:

- Это… всего лишь твои предположения.

- Те, кто верит, никогда не погибнут. И я уже говорил, это просто страховка. Поэтому… я сделаю всё возможное для того, чтобы получить свою “жизнь после смерти”. Даже если я попаду в ад… даже если после смерти будет только боль… пока я продолжаю существовать в загробной жизни, это прекрасно. Но, если это возможно, я бы лучше предпочёл небеса.

Затем Изая небрежно, словно приглашая пообедать, спросил кое-что у Намие:

- Вот так, Намие-сан. Давай вместе отправимся на небеса.

Глядя на улыбку Изаи, больше похожую на маску, только тогда Намие поняла, что отдала “ангела” последнему человеку, у которого он должен быть.

Тогда Изая слегка улыбнулся задумавшейся Намие и сказал:

- Как один из Долларов, я лучше всего подхожу для охраны этой головы. Как говорится: “Маяк светит далеко, а под ним всегда темно”*. Селти никогда и не подумает, что её голова у одного из банды, частью которой она является.

*Комбинация из японской пословицы (букв.) “Десятифутовый маяк светит далеко, но не рядом”, и русской “Под маяком всегда темно”.

«Доллары? Селти одна из Долларов?»

Информация, о которой Намие никогда даже не догадывалась, волнами вторглась в её сознание. И пока она находилась в замешательстве, Изая возбуждённым голосом сделал ей дьявольское предложение:

- Ты тоже присоединяйся к Долларам. В конце концов, наш девиз: “Всем рады”. Хотя… позже и я этому поспособствовал, приглашая к нам людей.

Казалось, он её дразнил, но всё же, это смахивало на то, словно он был в неё влюблён и желал ей добра.

- Давай поможем этому падшему ангелу расправить крылья и полететь, ладно?


♂♀


Южный парк Икебукуро. Утро.

Это необычная история.

- Я не люблю тебя.

Под непрерывно бледнеющим небом, обнявшись, на скамейке в парке сидели парень с девушкой.

- Но когда я на тебя смотрю, я вспоминаю свою “любовь” к ней, и я никогда не забуду о своём стремлении. Так что я приму твою любовь. До того дня, пока не найду её, - сказал Сейджи едва слышным шёпотом, осторожно держа Мику на своей груди.

Мика спокойно улыбнулась в его объятиях. Эта улыбка означала молчаливое согласие.

«Чтобы Сейджи меня искренне полюбил, я должна стать той “головой”. Я всё равно буду любить его, даже если мне придётся пожертвовать всем остальным. Я не буду возражать, и сделаю всё, чтобы помочь ему найти голову. И когда я её найду, на глазах у Сейджи я разрежу её на куски, разотру в порошок и съем, так что она станет моей плотью и кровью. Я сделаю это только ради него, ради него, ради него…»

Это всё выглядело так, словно настал тот момент, когда их любовь, наконец, получила шанс на существование.

Эта любовь была так невинна, но в то же время бесконечно извращённа.

Их силуэты казались такими плавными и красивыми, но в то же время безнадёжно ненормальными.

URL
   

Ранобэ Durarara!!

главная